Skip to main content

info@9cordon.ru

OK telegram vk Dzen Ya
Среда, 25 октября 2023.

Следы лесных зверей

Количество просмотров: 168

Категория: Звери

Следы лесных зверей

Медведь относится к стопоходящим животным. На передней лапе, кроме пяти пальцевых мозолей или, как принято называть, подушечек, имеется большая поперечная мозоль, которая оставляет глубокий и четкий отпечаток на мягкой почве. Отпечаток задней лапы более вытянутый и, когда медведь идет медленно или останавливается, заметен полностью, вместе с пяткой. Если медведь идет быстрым шагом или бежит, пятки не отпечатываются даже на мягком грунте, но на снегу оставляет глубокую ямку вся ступня зверя. Когти у медведя очень большие, причем на передних лапах они в пол тора-два раза длиннее, чем на задних, и достигают восьми-десяти сантиметров, считая по изгибу.

Различие в размерах медведей хорошо заметно по отпечаткам их лап. Если промерять ширину отпечатка передней лапы, то по встреченным следам можно установить, сколько зверей держится на определенном участке. Так, у медвежат-сеголеток ширина отпечатка передней лапы 5—6,5 сантиметра, у перезимовавших медвежат, полуторалеток, 8—10, а у молодой половозрелой медведицы 11 —12 сантиметров. У более взрослых матерых зверей ширина отпечатка передней лапы 14—17 сантиметров, причем, как правило, у самцов лапа крупнее, чем у самок. Отдельные крупные самцы оставляют отпечатки еще больших размеров — шириной в 20 сантиметров и более.

Медведя не зря называют косолапым: при ходьбе у него носки смотрят внутрь, а пятки наружу. Если зверь шел медленно, отпечатки его передних лап стоят рядом, если, быстро, — задние лапы перекрывают отпечатки передних.

Волк — пальцеходящее животное. На передних ногах у него по пять, на задних — по четыре пальца. Большие пальцы передних лап короче остальных, расположены высоко, при ходьбе не достигают земли и не оставляют отпечатков. След волка имеет некоторое сходство со следом крупной собаки. Различить отпечатки лап этих двух животных можно по следующим признакам. У волка след стройнее, более вытянут, когти и подушечки пальцев на следу выражены резче. Отпечатки двух средних пальцев волчьей лапы как бы выдвинуты вперед, между ними и крайними пальцами поперек следа можно положить соломинку, в то время как отпечатки подушечек собачьей лапы более слиты, как бы собраны в комок, и соломинка, положенная на след, будет одновременно касаться или пересекать отпечатки всех четырех пальцев. Следы передних лап волка крупнее и яснее, чем задних. Кроме того, задние части подушечек его передних лап заканчиваются закруглением внутрь отпечатка, а подушечки задних лап — закруглением наружу. Это бывает хорошо заметно на илистой почве или мокром снегу.

При передвижении волка шагом и особенно рысью отпечатки его лап располагаются почти по одной прямой линии и чем быстрее ход зверя, тем прямее линия его следов. Задние конечности зверь ставит в отпечатки передних, так что практически мы видим следы только задних лап. При движении галопом или карьером на следах остаются отпечатки всех четырех лап, причем задние конечности при каждом прыжке оставляют следы впереди передних.

В поисках добычи волки проходят большие расстояния, а потому редко передвигаются шагом; обычный их аллюр — рысь. При движении группой звери идут гуськом, след в след, и определить, сколько их прошло одной тропой, бывает трудно. Лишь на крутых поворотах, при обходе какого-нибудь препятствия, на отдыхе или при окружении добычи волки расходятся и тогда по следам можно подсчитать, сколько хищников в стае.

Сильно затрудняет передвижение волков глубокоснежье, в рыхлом снегу они тонут. Профессор А. Н. Формозов считал, что весовая нагрузка среднего волка, весом около 45 килограммов, равна 103 граммам на один квадратный сантиметр. Это приблизительно в четыре-пять раз больше, чем у человека, идущего на широких охотничьих лыжах. При погружении в снег более чем на 25 сантиметров волки бороздят его поверхность: вытаскивая лапу из снега, оставляют короткую борозду, «выволоку», а при опускании лапы в снег — более длинную, «поволоку». Когда снег глубок, выволока и поволока сливаются, соединяя ямки следов в одну борозду.

Величина шага волка, как и любого другого животного, зависит от скорости его движения и от состояния снега. У крупного волка шаг по неглубокому снегу достигает 90 сантиметров. Когда звери идут группой, след в след, длина шага на тропе в среднем составляет 65— 75 сантиметров. Характерно, что, проходя через ельник, где глубина снега всегда меньше, чем в других угодьях, волки, как бы отдыхая, замедляют ход, идут мелкими шажками, ступают вразнобой, оставляя после себя натоптанную дорожку. На небольших вырубках и лесных полянах, где нет ветра и снег бывает особенно пухлым, хищники проваливаются почти, до земли. В снежные годы, если в течение зимы не было оттепели и снег не давал осадка, волки покидают лесные угодья, переходят в более открытые места — на поля, в широкие долины рек, где снег уплотняется ветрами и где, как правило, бывает больше наезженных дорог.

Как и другие представители семейства собачьих, лисица относится к пальцеходящим животным. Пальцы и пяточная мозоль собраны у нее довольно компактно, потому опорная площадь лапы невелика. Профессор А. Н. Формозов подсчитал, что нагрузка на один квадратный сантиметр опорной поверхности ног у лисицы равна 40—42,5 грамма, что в два с половиной раза меньше, чем у волка. Отпечатки округлых удлиненных четырех пальцев на следу выражены яснее, чем пяточная мозоль, след от которой в зимнее время из-за большой опушенности подошвы расплывчатый. Как и у других хищников, след передней лапы лисицы крупнее, чем задней.

С первого взгляда следы лисицы можно спутать со следами некрупной собаки. Однако при более тщательном рассмотрении легко заметить, что отпечатки лап хищницы более стройные, вытянутые, а пальцы меньше собраны в комок, чем у собаки. Когти тоже длиннее, тоньше и оставляют более четкие - отпечатки, хорошо заметные на мягком грунте или влажном снегу. Лисий след отличается от собачьего и по расположению отдельных отпечатков лап при передвижении животного шагом или рысью. На неглубоком снегу можно заметить, что следы лисицы вытянуты в одну линию, причем все четыре лапы зверь ставит как бы по линейке.

Лишь в следах старых крупных зверей заметно некоторое отклонение от прямой линии. Собака же идет, словно раскачиваясь, вразвалку, потому и отпечатки ее лап можно соединить только ломаной линией.

При обычном ходе лисица ставит лапы несколько внутрь, и поэтому признаку можно отличить отпечатки лап правой и левой стороны тела. При передвижении шагом или мелкой рысью задние ее лапы точно попадают в отпечатки передних. Шаг равен 20—30 сантиметрам. Когда зверь переходит на крупную рысь, задние лапы он заносит за передние, соответственно и отпечатки их располагаются несколько впереди передних. И, наоборот, если лисица на ходу прислушивается или подкрадывается к жертве, она переходит на очень мелкие шаги, почти лепит след к следу, и отпечатки задних лап несколько отстают от передних или перекрывают их только частично. При преследовании добычи или уходя от опасности лисица переходит на более быстрые аллюры — галоп или карьер. Этот ход представляет собой ряд прыжков, причем отпечатки задней пары лап всегда находятся впереди передних, а следы всех четырех лап образуют фигуру, напоминающую трапецию. Чем быстрее ход зверя, тем трапеция более вытянута. Кроме того, на бегу лисица часто сменяет ногу и потому вершина и основание трапеции бывают обращены то вправо, то влево. На быстром аллюре отдельные прыжки лисицы могут превышать три метра. У самки следы мельче, чем у самца, шаг короче, а отпечатки лап более заостренные.

Выше уже говорилось, что опорная площадь лисицы невелика и передвигаться по рыхлому снегу ей трудно. Если она тонет в снегу более чем на 15— 18 сантиметров, следы располагаются уже не по одной прямой. Зверек оставляет тропу шириной в полторы, а при глубоком снеге в две ладони, причем выволока соединяется с поволокой, а левая и правая пары лап образуют глубокие борозды. При еще более глубоком снеге лисица может касаться его поверхности и грудью, но мест с таким глубокоснежьем она обычно избегает. Иногда при передвижении по глубокому снегу лисица чертит по его поверхности своим пышным хвостом, между ямками от лап в отдельных местах остаются широкие, но слабо выраженные штрихи.

Обычно при поисковом ходе лисица идет легкой рысью, при этом цепочка следов или, как говорят охотники, наслед очень извилист. Она часто меняет направление, подходит ко всем выдающимся над поверхностью снега предметам — холмикам, столбам, пучкам бурьяна, стогам сена и скирдам соломы, а если последние с одной стороны имеют намет снега, лисица не преминет забраться на вершину.

Рысь, как и другие кошки, относится к пальцеходящим животным. Ее широкие округлые лапы снабжены острыми круто изогнутыми втяжными когтями. На передних лапах по пяти, а на задних по четыре пальца. Пятые пальцы на передних лапах расположены высоко и поэтому не оставляют отпечатков. Не оставляют отпечатков и когти зверя при обычных аллюрах, только при броске на добычу или преодолении какого-нибудь препятствия, например лужи на скользкой дороге, рысь выпускает когти и они оставляют на земле видимые отметины.

Легкое на ходу животное, избегающее без острой необходимости топких и сырых мест, рысь в бесснежный период оставляет очень мало следов своей жизнедеятельности. И все же на размокшей после дождя лесной дороге иногда удается встретить четкие четырехпалые отпечатки лап этого хищника. Если, например, по дороге проследует выводок — мать и двое-трое детенышей, тогда все места с мягким грунтом бывают испещрены округлыми следами от их лап, очень схожими со следами домашней кошки, но значительно более крупными.

С установлением снежного покрова обнаружить следы рыси в местах ее обитания нетрудно. Однако они не такие четкие, как летом. Да это и понятно, так как к зиме подошвы лап зверя густо обрастают длинной жесткой шерстью и скрытые в ней подушечки пальцев оставляют очень неясные отпечатки. В морозные дни, когда снег сухой и сыпучий, отпечатки пальцев на снегу совсем неразличимы.

Зима для рыси, как и для многих других животных, — тяжелый период. Несмотря на высоконогость, хорошо развитые межпальцевые перепонки, доходящие почти до концевых фаланг, и густое опушение лап, что увеличивает опорную площадь, глубокий и рыхлый снег очень затрудняет передвижение хищника. Поэтому в такой период способны добывать себе пищу лишь взрослые здоровые рыси.

Рыси-первогодки всю зиму держатся с матерью. Во время охотничьих походов выводок идет обычно размеренным шагом, ступая след в след. В начале зимы шаг у матери шире, чем у детенышей, и она глубже проваливается в снег. Ее шаг 45—47 сантиметров, а глубина следа при средней плотности снега — около 16 сантиметров. У молодого зверя, если он идет отдельно, шаг короче, 35—37 сантиметров, а глубина 14 сантиметров. При спокойном ходе по мелкому снегу, где-нибудь под пологом густого ельника, звери идут вразнобой, оставляя после себя цепочку отпечатков, сливающихся в узкую тропку. Здесь молодые при ходьбе не попадают в следы матери, они как бы не дошагивают из-за более короткого шага. На глубоком снегу детенышам приходится тянуться за матерью и они ступают за ней след в след. Шаги взрослого самца на охотничьем поисковом ходу более крупные, 50—60 сантиметров, а когда зверь пересекает открытое место (поляну или широкую просеку), шаг его достигает 70—80 сантиметров.

На более глубоком и рыхлом снегу, когда рысь оседает на 25 сантиметров и более, она уже бороздит снег, т. е. при движении не поднимает лапу, а волочит ее, оставляя глубокую борозду. Если на мелком снегу цепочка следов рыси представляет почти прямую линию, то на глубоком зверь оставляет «тропу» шириной 20—23 сантиметра. При ходьбе по такому снегу рыси быстро устают, поэтому они стараются выбирать места более малоснежные, часто пользуются заячьими тропами, лесными дорогами, лыжней. При броске на добычу, когда шаг сменяется прыжками, зверь тонет в снегу глубже, чем на поисковом ходу.

Коллекционирование следов. Пользуясь следами животных, можно провести инвентаризацию фауны в охотничьем хозяйстве, выяснить численность и размещение зверей по угодьям или расселение акклиматизированных видов, установить половой и возрастной состав стада, изучать повадки и образ жизни животных.

Все эти вопросы выясняются главным образом зимой, когда на снегу наблюдатель видит длинную цепочку следов с характерным для каждого вида аллюром, когда можно по характеру хода и поведению зверя установить его вид. Однако многие вопросы нужно выяснять только летом, когда приходится довольствоваться фиксацией лишь отдельных отпечатков лап зверя на песке, мягкой болотистой почве, наносах ила на берегах водоемов, на пыли или размокшем грунте троп и дорог. Вот здесь-то, чтобы не допустить ошибки, и надо знать досконально характерные черты следов, которые оставляет тот или иной зверь.

Следы отдельных видов животных очень схожи. Например, можно спутать следы лисицы, шакала и енотовидной собаки; норки, колонка и хорька; крупной собаки и волка; оленей и кабанов и т. д. Для изучения следов пользуются рисунками и фотографиями. Однако они, как бы хорошо ни были выполнены даже в натуральную величину, все же не дают полного представления об истинном отпечатке звериной лапы.

Профессор А. Н. Формозов в своей прекрасной книге «Спутник следопыта» советовал натуралистам собирать коллекцию отпечатков следов животных. Для этого нужно разыскать четкие отпечатки лап животного на глинистой почве в таком месте, где в земле нет камешков, корешков, травинок и другого сора. Вокруг выбранного отпечатка намечают квадрат или прямоугольник так, чтобы след находился в его центре. Затем при помощи ножа намеченный квадратик вырезают из почвы как кирпичик. На верхней стороне его остается выбранный отпечаток. Для придания прочности кирпичик рекомендуется просушить на солнце, а затем обжечь на костре, чтобы он затвердел. Потом его подравнивают, соскабливают излишнюю часть с нижней стороны, и экспонат для коллекции готов. Остается поместить его в соответствующую по размеру картонную коробку и снабдить этикеткой с указанием, чей это след, где и когда он взят.

Такая коллекция дает возможность путем сравнивания отпечатков лап сходных видов установить самые мелкие их различия.

Сбор коллекции предложенным способом сопряжен, однако, с большими трудностями, особенно, когда дело касается следов крупных или средних по размеру зверей. Во-первых, не так часто удается встретить четкие отпечатки именно на таком грунте, который пригоден для вырезывания кирпичика со следом; во-вторых, кирпичик часто не удается извлечь из грунта, не деформируя его; и, в-третьих, при высыхании он часто растрескивается, а иногда и рассылается. Кроме того, такие сборы трудно выносить из угодий и сохранять в экспедиционных условиях не повредив. Все это заставило меня искать другой способ. Я стал собирать коллекцию следов промысловых зверей, используя гипс.

Снять гипсовую копию следа можно практически на любой почве. Этот материал передает мельчайшие черты оригинала, вплоть до рисунка на коже подошвы зверя и отдельных волосков. Изделия из него достаточно прочны и долговечны. Гипсовые слепки следов я привозил из экспедиций, нисколько их не повредив.

Отправляясь в угодья, я беру с собой гипс в непромокаемом пластиковом мешочке, котелок, кружку, ложку (я пользуюсь обычно посудой, в которой приготовляю себе пищу в походных условиях), большой охотничий нож и две-три полоски мягкой жести длиной 40— 50 и шириной четыре-пять сантиметров. Обнаружив отпечаток звериного следа, очищаю вокруг него поверхность от камешков, веточек, травинок и прочего мусора. Затем, чтобы гипс не растекался, окружаю след бортиком из полоски жести, которую сгибаю в виде прямоугольника или квадрата, и слегка вдавливаю в грунт. Далее порцию гипса (я определяю ее на глаз) развожу водой из любой лужи до консистенции жидкой сметаны, размешивая до полного исчезновения комочков, и выливаю на след слоем один-два сантиметра. Через 10—15 минут, в течение которых необходимо отмыть посуду, гипс затвердевает. Образовавшийся кирпичик при помощи ножа извлекаю из грунта, освобождаю от обнимающей его полоски жести, а остатки прилипшей почвы отмываю в воде, пользуясь при этом вместо мочалки пучком травы.

Таким образом, получается обратный (негативный) отпечаток с выпуклым изображением следа. Кирпичик-форму следует обернуть мхом, травой, бумагой или куском ткани, после чего его можно носить в рюкзаке.

Натуральный (позитивный) отпечаток следа получаю уже дома. Из плотного картона делаю коробочку по площади формы и вдвое глубже ее толщины. Форму помещаю в коробку строго горизонтально, лицевой стороной вверх. Чтобы гипс легко отделялся от формы, ее поверхность нужно покрыть с помощью акварельной кисточки тонкой мыльной пленкой. Для этого 1—2 грамма любого мыла растворяю в 1/5 стакана горячей воды. Потом развожу гипс и выливаю его в коробочку так, чтобы он покрыл наиболее выступающие части следа не менее чем на полсантиметра. Пока гипс не застыл, в его толщу следует погрузить заранее приготовленную из тонкой проволоки (медной или алюминиевой) петлю, за которую впоследствии отпечаток можно будет повесить на стену. Через пять-десять минут форму вместе с отливкой вынимаю из коробки и осторожно разъединяю их.

Пока гипс не совсем затвердел, края полученной пластинки можно подровнять ножом. Зачистку фона и краев лучше делать наждачной бумагой через несколько дней, когда гипс окончательно затвердеет. Готовое изделие также следует покрыть тонкой мыльной пленкой, чтобы в поры гипса не набивалась пыль и чтобы он не пачкал руки. При осторожном обращении с формой с негативного отпечатка можно получить несколько отливок, а из готовой отливки, при необходимости, получить новую форму, произведя все манипуляции в обратном порядке.

Постепенно, по мере накопления опыта, я вводил в методику изготовления следов некоторые изменения, облегчающие работу. Например, для разведения гипса в полевых условиях начал пользоваться не котелком, а большим резиновым детским мячом, у которого срезал часть поверхности. В такой мягкой «посуде» легче размешать комочки гипса, ее не надо мыть, так как засохший гипс легко спадает с резины, да и в рюкзаке она почти не занимает места. При получении позитива я перестал изготовлять картонные коробочки, а просто помещаю негатив в горизонтальной плоскости на кусок стекла или фанеры и строю вокруг него бортик из кубиков детского пластилина нужной мне высоты (гипс не пристает к пластилину, а кубики можно использовать многократно). Пластилином пользуюсь и для заравнивание всех ямок, щербин или для наращивания краев негатива, чтобы придать ему симметричную форму.

No video selected.
Источник: Н. Руковский

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.